Previous Entry Share Next Entry
Ловушка для Иванца (2)
n_p_baranova
29 октября 2015 года. Встреча Умяровой и Шатило в офисе, ул.Некрасовская 68 «к».
Умярова думает, что разговор записывается, поэтому говорит тихо. Прямо как судья Дерунов, который бормочет себе под нос, чтобы зрители в зале ничего слышали и не могли записать на диктофон. Даже секретарша не всегда понимает Дерунова.
    Когда Умярова и Шатило говорят вместе − вообще не разборчиво.

Шатило. Вчера мы с Дмитрием общались. Ну, в двух словах. Пока неизвестны задачи. Я закрыл эту тему, снял. Иначе я бы на самом деле…
(Судья Дерунов долго не может объяснить секретарше, чтобы прибавила звук)
Я поэтому хотел бы, вместе с вами обоими поговорить, чтобы решить вопрос раз…, окончательно, навсегда, глядя в глаза друг другу, да? Чтобы не было никаких нюансов. Чё нужно сделать, чтобы…

Умярова. А вы в чём заинтересованы?

− Он мне озвучивал в общей сложности 3 миллиона. Значит, 300 тысяч сразу и 300 тысяч ежемесячно. Вот, а…

− Откуда такая сумма большая взялась?

− Я ему задал вопрос: «Дмитрий, а откуда такая сумма взялась, 3 миллиона?». Вот. Мы с ним долго спорили вчера, торговались-торговались... −  «Сам с Натальей общайся, с Олегом. Сами договаривайтесь, я ухожу в сторону. Никаким гарантом я не буду. Как бы… Ваши дела. Они написали: Тебе это нужно − ты с ними договаривайся».
Поэтому, ну?…

− Откуда 3 миллиона-то?

− Хм! Слышите, вы в прошлый раз мне говорили: «Сергей, сделай так, чтобы мне никто ничо не звонил, ничо не говорил» Да? Я вам не звонил, ничо не говорил. (Это про угрозы, которые поступали Иванцу и Умяровой, с требованием убрать информацию про Шатило)

− Ну, мы этот вопрос решили

− И почему Дима хочет 3 миллиона, для меня, если честно, оценка тоже была… Ну, я как понимаю, сколько стоит там дать статью, сколько стоит снять статью, там, да… «Самарское обозрение», когда они, там, наваливают на 2 страницы, извиняюсь, дерьма, ну, это стоит, ну, 500 тысяч рублей. Ну, когда уж совсем много, там, совсем много,  ну, это стоит миллион.

− Давайте так. Сначала что вам… А какая конечная задача?

− У меня конечная задача А) убрать всё это из ваших блогов и Б) чтобы вы про меня забыли и ничо не писали. Ни хорошего, ни плохого, ни нейтрального. Сделать вид, что, вообще меня не существует, меня нет, вы меня не знаете и … Чё-то если и было, то, как-то вы не помните, куда это делось, там, и так далее, и тому подобное. Меня в принципе не интересует, там, будут вам что-то присылать, не будут вам присылать. Если конечно вы мне, скажем так, потом, ну, как-то так… Что вы чуть-что : «Мне вот что-то прислали», да? А… Это будет  хорошо. Мне, самое главное, чтобы это никуда не выходило. Вот. Я понимаю, что нет гарантии, что это не появится, там, у Димы, там, у Васи, у Пети и так далее, да?

− Олег тоже спросил. Говорит, во-первых, с блога перепост идёт

− Значит, проблема следующая, да? Чтоб вы понимали. Значит. То есть, это некая спланированная акция, да? Против меня, конкретно, моего бизнеса. Параллельно с вашими публикациями зарегистрировали ящик на gmailе, якобы, от моего имени. И шлют…  Ну, вот последняя информация. Мне сейчас звонил адвокат. Его вызвали в нашу прокуратуру областную. Вот. В двух словах, что, значит, я прислал письмо с требованием разобраться, почему против меня закрыли уголовное дело. Значит, разобраться окончательно и если, вдруг, я виноват, чтоб меня посадить. Поэтому я не удивлюсь, если кому-то ещё будут с этого ящика присылать, там, не знаю, всё, что угодно, об оказании, не знаю, интимных услуг, там, да? Деньги, как говорится, предлагать, и так далее.

− Да. Олегу написали…

− И вот с этого ящика, скажем так, шлют везде и делают ссылки на ваш сайт. Вот, на ваш сайт (Умяровой) ещё нет ссылки? Да? Вот и хорошо.

− Потому что он всё сделал. Потому что я ему предлагала: «Я так не могу. Давай напишем текст по ним»

− Потому что, ну, смотрите. Перепост, насколько я понимаю… Перепост идёт со ссылкой. Идёшь по ссылке – нет. Во-первых, уже есть тема… Во-вторых, если перепост идёт на каких-то блогеров, там, непонятных, там, да?  Это уже один разговор. Когда, например, там, неуважаемый мною, там, «Moscow Post» ссылаясь на Иванца тоже пишет,  и так далее… Потом когда пишет: «Это не наше мнение. Мы просто делали перепост», там, и так далее, и тому подобное… Поэтому, если вы всё снимете, во-первых (неразборчиво) теоретически, мы напишем сейчас письмо какое-нибудь, там, гневное. (неразборчиво). Снимут-не снимут, я не знаю. Вот...
    Самое главное, чтобы ссылки не было, откуда это. Вот и всё. Насколько это будет важно потом,  мне сложно сказать, (неразборчиво) увидим.
    (Неразборчиво) Банк работает. Не буду говорить. Мало ли что. Вообще, не… не с региональной лиги, Это банк, скажем так, с первой пятёрки

− Сколько это стоить будет?

− Давайте так. Вчера вот мы с Димой не сошлись, когда он говорит: «А сколько ты заплатишь за мои услуги?», да? На что я ему сказал: «Во-первых, я не собирался платить тебе за услуги, тем более, это, как бы была некая дружеская помощь. Ты будешь заниматься пиаром, там, «Коммерсантом» (неразборчиво) Вот, а… 3 миллиона, которые он назвал, ну, я сам понимаю, это что-то… это что-то прям, совсем нереальное… Поэтому я бы не хотел, как на рынке торговаться. Вы скажите, сколько нужно вам, на двоих, с Олегом, да? Чтобы, закрыть все вопросы, да?

− Я вам так скажу (неразборчиво) С Димой мы всё равно поделимся, всё равно.

− Я об этом не знаю, и даже, когда с Димой буду встречаться, буду делать вид, что я об этом не знаю, вы мне об этом не говорили.

− Да

− Поэтому, поделитесь вы с ним, не поделитесь. Как бы это уже ваши проблемы.
Я не хочу сказать, что сколько − это мало или сколько − это много, да? Я понимаю, что вы… Вы сколько-то стоите. Да, а…

− Не мы, а наша работа

− Ну, ваша работа, да… Мне Дима… серьёзно…

− Сергей Францевич, я всё поняла. Вы скажите, сколько вы готовы …

− Если честно, когда мы с Димой начинали этот разговор, шла о 50 тысяч рублей. Когда он вчера пришёл … 3 миллиона, там, да? За 9 месяцев молчания в эфире… Да? Я не знаю, какую сумму (неразборчиво)
    (Шатило врёт Умяровой, что Бегун говорил про «молчание в эфире». Наоборот, он предлагал активную деятельность. Про это −  в предыдущем репортаже)

− Давайте (шепчет) (Какую сумму назвала Умярова, не слышно, до этого разговор шёл о 500-600 тысячах)

− Это на двоих?

− Ну, там… На троих

− Не, не, подождите
    Мне нужно, да? быть уверенным, что мы сейчас договариваемся, там…
    (неразборчиво)
    Я − о другом. Вот. Понимаете, Дима: «Давайте мне. Дай, я всё передам». Люди, когда сидишь с ними, смотришь друг другу в глаза, да? − другое.

− Дима, есть Дима (неразборчиво)

− Так как у меня ситуация щекотливая, я должен быть уверен, что нюансов потом не будет, да? Поэтому я вот Олегу позвонил. Точнее так. Бегун… Вчера… Как начать?… Дима где-то там ездил, трубку не брал, на СМС не отвечал. Я вот телефон Олега тогда отыскал, вот я позвонил ему, да? Мне нужно быть уверенным, да?, что − отдал миллион − на двоих, и с вами двумя вопрос решили. Если у вас там … какие претензии, то меня там…

− Ну, Дима, всё равно. В конце концов. Ну, он с вами встречался. Он какое-то время на это потратил. Ну, были потрачены силы, энергия, нервы. Ну, ради бога. В принципе, это не ваша проблема

− Я ему звоню: «Дим, ты подъедешь?» Он: «Нет. Я не могу, я приехал откуда-то издалека, я дома отдыхаю. А чо у вас за вопрос?». Я говорю: «Вопрос такой…» (неразборчиво)
Это, как говорили в этом (неразборчиво) «Когда видишь деньги, не теряй времени». Ну вот. Так… С Олегом мы как?

− Понимаете, мы же, наверно, деньги зарабатывали. Мы были в этом бизнесе (неразборчиво)

− Я в первый раз столкнулся, если честно, с таким бизнесом (придуривается, только что сказал про «Самарское обозрение»), поэтому мне сложно сказать, что происходит в этих ситуациях, в других ситуациях. Работал и работал всё время, 15 лет. Вы знаете (неразборчиво) Вот начал строить центр, вдруг, кому-то встал поперёк горла

− Чья это тема? Кто её поднял?

− Что?

− Тему эту?

− Тему? А вот все же (неразборчиво) пишут, начали писать, что я не просто строю, я строю на бюджетные деньги, и  хочу, извиняюсь за выражение, отпилить половину. Потом, вроде разобрались, что бюджетных денег у меня нет. Потом пошли темы, значит, что наверно я хочу взять гарантии области, под гарантию области в Госбанке взять деньги, деньги украсть и ничего не построить. Вот. А параллельно мы уже построили 5 этажей. Точнее, ко мне приходят и говорят, слушай, вот такое про тебя пишут. Они смотрят, сколько денег потратил? − 500 миллионов. − Скоко здесь (неразборчиво)? − Нискоко. − Странно, что-то не сходится. − Я говорю: «Ну, даже если я возьму кредит и не верну его, у меня будет, то, что я вложил, это самое…»
    И последняя тема, после нашего сразу разговора с вами, да? Ну, понятно, что вы ничего не обещали, да?, но, хотя Дима сказал, что − всё, мы договоримся, что ничего не будет и так далее. Тут у Олега вылетает, что, типа, что вот ему ещё прислали, что типа, тема такая, что Сонин завысил смету, да?,  и мне, конечно, отдаёт обратно. Вот как только банк это увидел, да? У меня надо брать кредит на то, чтобы дофинансировать, да? Тут же – пф!

(неразборчиво) Мы согласуем (неразборчиво)

− Ну, здесь так хочу сказать. У Сонина свой бизнес, у меня свой бизнес. Да?, то есть, я услышал. Могу, если там нужно, при встрече с ним сказать ему, да?, что что-то есть, но не более того. То есть, чтобы этого…

(неразборчиво) какая-то московская контора, которая занимается и его (Сонина) имиджем, и интернетом. И вот действительно, что убрать (неразборчиво) И вот так вот переписываемся (неразборчиво)

− Нет, мне с мая не нужно. Мне нужно сейчас. Чтоб мы с вами договорились, грубо говоря, чтобы вы мне всё сняли.

(неразборчиво) Деньги перечислите на «Яндекс. Деньги».ру

− Давайте вот так. Вот…

− Это скок вы мне дали? (на видео тётка явно была в шоке, все, сидящие в зале суда, это видели)

− Давайте мы лучше решим. Закроем. Я всё отдам…

− А там никто не пишет?

− Единственное, что у меня просьба. Нам нужно тогда, чтобы вы набрали Олега, да? И сказали, что всё, мы договорились, что он сказал, что у вас полные полномочия, да? Ну, сами понимаете, да? И чтобы никаких не было нюансов

− Чтобы (неразборчиво) по телефону, да?

− А как, технически это возможно?

У. Олег, это я. Я с Сергеем Францевичем разговариваю. Мы пришли к соглашению

Ш. Можно?

У. Щас, я трубочку дам.

Ш. Нет. Можно на громкую связь

− У. Олег, мы на громкой связи, просто.

− И. Да-да.

− Ш. Олег, здравствуйте. Мы с Натальей договариваемся. Как понимаю, она говорит от лица вас двоих.

− И. Да. Да-да.

− Ш. И всё, что мы щас с ней решаем, да?, мы вот, закрываем вопрос и… Я отдаю вот единичку, да? Все эти вопросы закрываются и больше никаких ни претензий, статей, ничего не будет

− У. То есть, мы от темы с тобой уходим полностью. Кто бы нам чё ни говорил

− И. Я понял, я понял. Я Наталье полностью доверяю, и как она говорит, и как она скажет, так и будет. Я полностью гарантирую, то, что её решение мной полностью будет соблюдаться, и полностью поддержано будет.

− Ш. Да. То есть, с ней, ещё раз повторю, то есть, мне нужно, чтобы вы вообще в принципе убрали, ну, чтобы у себя в блоге, Наталья у себя, всю информацию, касаемо меня, кампании, ушли от этой темы и про неё не вспоминали. Не поднимали, ни хорошо не писали, ни плохо, ни нейтрально.  Нигде! Вообще никак! (Ага! Признаёт, что жулик. Боится огласки!) И если там кто-то, там, что-то начнёт писать, типа, что вы, там, с Шатило договорились, деньги взял, там, и так далее. Уже как-то вот… Ну, я не знаю, как-то нужно придумать, чтобы от этой темы, либо не обращать внимания, либо, насколько я понимаю вы можете чистить… Либо, насколько я понимаю, вы можете чистить свои, вот эти, свои вопросы, чтобы, они, грубо говоря, нигде не муссировались.

− И. Ну, понятно. Единственное, что… вот сразу говорю, потому что я так понимаю, что вы сейчас можете это не обговорить. Дело в том, что, определите конкретно, вот по моему блогу… Определите конкретно, какие вещи я должен убрать. Потому что, как бы бывают такие случаи, когда, ну, там, я примерно, даю добро, то что я уберу, я убираю наиболее что-то значимое, что у меня в памяти есть, а потом человек мне звонит и говорит: «А ты вот забыл, там 4 года назад чё-то было» То есть, как бы определите, конкретно, что убрать.

− Ш. Ну, если честно, я дальше середины сентября в ваш блог не лазил. Я не знаю, что там у вас ещё есть. Вот.

− У. Оставить, что касается строительства кардиоцентра. Скажем так.

− Ш. Нет. Все эти скрины, которые вы там вывесили, которые непонятно, откуда вам попали. А если вы ещё скажете, откуда попали, то с меня ещё стакан красного.

− И. Ну, меня Владимир Владимирович Путин за это поругает. Скажет: «Зачем ты меня сдал?»

− Ш. Понятно. Нужно убрать все те статьи, которые, на моей памяти пошли с сентября, да? Всё это убрать, чтобы ничего не было, никаких ссылок там, и так далее. То есть, я понимаю, что кто-то делал перепост. Но перепост − идёт опять-таки ссылка на вас. Правильно? Вот. И если вашего ничего не будет, то, соответственно, уже все перепосты, они, как бы пустые и не имеют, там, никакой грубой юридической силы. Да? И я тут Наталье объяснял, что проблема в том, что про меня, точнее, от моего имени рассылают по всем, скажем так, не знаю, прокуратурам, минздравам, там, не знаю, производителям, с которыми мы работаем и ссылаются на ваш блог. Когда, грубо говоря, там вот, производитель, минздрав, там, прокуратура, вот сегодня вызывают, да? А там не знаю, банки. Зашли на ваш блог, чтобы они ничего не нашли.

− И. Всё понял. Всё понял. Вопросов нет. Всё понятно, всё ясно. Хорошо.

− Ш. То есть, ещё вот, как бы, да? Такой, Я не знаю, нюанс такой. Правильный-неправильный, да? Я думаю, что никаких этих нет. То есть, мы договорились на миллион, отдаю − всё, тему закрыли. Как вы его там поделите. Вот, там, Наталья говорит, там, про Бегуна. Меня это не касается, я к этому не причастен. Много вы ему отдадите, мало отдадите, чтобы не было этих ссылок, там, на меня, я чтобы был против, за, и так далее, там. Это ваше дело, там, с Дмитрием, и меня это не касается.

− И. Ну, я здесь тоже далёк от этого, от всего. То есть, вот вы там договаривайтесь. А всё, что Наталья решит − это и от моего имени. А там дальше, да, это наша, вот, проблема.

− Ш. Угу, всё, хорошо, договорились.

− У. Всё, Олег.

− Ш. Мы сейчас с Натальей решаем, когда вы всё снимете?

− У. Да счас снимет он. Он на работе сидит. Ща я его набираю, наберу ещё раз?

− Ш. Ну, да. Да. На самом деле, как бы

− У. Олег, Ты щас это, ты щас это всё снимешь?

− И. Ну, как скомандуешь, что всё нормально, там. Ну, я не знаю, сама смотри.

− У. Ладно, хорошо. Щас, я выйду, сразу тебя наберу тогда. Или щас снимаем всё? Щас снимаем? Всё тогда, щас снимаем!

− У. Сергей Францевич, у меня такая просьба к вам, Диме Бегуну ничего не говорить, хорошо?

− Ну, я ему скажу, что мы с вами всё решили.

− Не говорите ему о сумме

− Не, ну что значит, не говорить?

− Я вам объясню, почему. (шепчет) деньги … не первый раз …

− Я ему должен сказать, что сейчас мы с вами не договорились? Или что?

− Вы скажите, что дали пятьсот.

(Шатило мычит)

− Мы ему всё равно деньги отдадим. Мы ему всё равно двести отдадим (неразборчиво). Но я это говорю в том плане, что он от нашего имени ходит и собирает деньги. Это было (неразборчиво) за что его оттуда подвинули. Это было с Ушамирским, мне пришлось … ездить (неразборчиво)

− Я понял

− Я понял, что когда он вчера пришёл и начал мне рисовать. Ну, триста за снятие – нормально абсолютно, да? Ну, на самом деле, я думал, что это будет в районе миллиона. На самом деле, там, да? Но когда он мне начал про то, что каждый месяц триста

− Я его спросила … Он говорит: «И каждый месяц, там, до конца года,  до конца следующего года (неразборчиво)».  Я говорю: «Дима, нет, мы хотим отскочить от этой темы и –  всё. Вот – всё. Потому что я…»

− Нет, мне на самом деле… Я его просто прекрасно понимаю, да? Я ему сказал: «Мне важно вот… Когда я построюсь, мне уже будет пофигу. Вот когда он заработает − кто будет, что будет говорить, как там будет говорить, да? Мне уже будет всё равно, да?». А… вот… Соответственно, исходя из этого, он и сказал: «Ты когда построишь?» − Я сказал: «Ну, где-то в июне». Ну, он посидел, посчитал, 9 месяцев, по 300 тысяч, там… (т.е., если бы Шатило сказал Бегуну, что строительство заканчивается в апреле, то сумма была бы не 3 миллиона, а 2. Видеозапись подтверждает, что размер гонорара (притворного, потому что Шатило приготовил для Умяровой и Иванца 1 миллион) определял сам Шатило. Если бы этот козёл, Шатило, сказал, что ввод кардиоцентра намечен на октябрь следующего 2016 года, то Бегун вляпался бы в ловушку на 4 миллиона и т.д.)

(говорят тихо)

− Я в первый раз вижу такую сумму

− Надо было с вами поторговаться

− За исключением продажи квартиры, наверно, первый раз

− Ну, мы к этой теме не возвращаемся. Вы тогда сейчас позвоните Олегу.

− Если что-то вас смущает (расчувствовалась, дура), если кто-то что-то будет вам говорить, то… Если что-то приходит, я буду вам присылать.

− Ну, телефон мой есть?

− Да



    Слова Умяровой «Взять и отскочить». Адвокат Паулов на этих словах строит своё обвинение в вымогательстве. Делает вид, что не понимает, где назойливое предложение своих услуг, и где угрозы. Это разные вещи. Даже адвокату Паулову это должно быть понятно. А не только нам, простым гражданам.
    Умярова надеялась, что Шатило её наймёт делать рекламную компанию, приехала обсудить гонорар, потому что Бегун её обнадёжил. Шатило прямо с ходу, в лоб, сказал, что не нуждается в её услугах. Чтобы скрыть разочарование, она делает вид, что не очень-то и хотелось. (Ага, и с досады, чтобы наказать Бегуна, собирается отдать ему не 30 процентов, а только 20).
    Адвокат Паулов придуривается, что не понимает такие простые житейские вещи. Прокурорша придуривается, что не понимает. Судья Дерунов придуривается.

    Для моралистов, осуждающих Умярову, что она просила Шатило не говорить Бегуну, сколько денег дал («С Димой мы всё равно поделимся, всё равно», «Мы ему всё равно двести отдадим»).
    Размер гонорара за услуги посредника определяет сам исполнитель работ. В данном случае, Умярова намеревалась заплатить Бегун 20%. К тому же, на предыдущей встрече с Шатило, сам Бегун согласился с тем, чтобы его гонорар определяли те двое.
http://n-p-baranova.livejournal.com/61971.html
    Но действия Шатило относительно своего, так называемого, партнёра Сонина? Вдумайтесь, что он говорит, забыв, что идёт запись? То есть, для Шатило это обычная практика. Шатило говорит Умяровой, что и сейчас, и в дальнейшем, всю информацию по Сонину направлять только Шатило. Сонину ничего не сообщать.

РЕЗЮМЕ: Шатило дал деньги блогерам за удаление не компрометирующей, а вообще ЛЮБОЙ информации про свою фирму: «ещё раз повторю, то есть, мне нужно, чтобы вы вообще в принципе убрали, ну, чтобы у себя в блоге, Наталья у себя, всю информацию, касаемо меня, кампании, ушли от этой темы и про неё не вспоминали. Не поднимали, ни хорошо не писали, ни плохо, ни нейтрально.  Нигде! Вообще никак!».
      Вымогательство − где?

Баранова Н.П.

?

Log in

No account? Create an account